Компании, которые просят, чтобы им не закрывали с 1 марта доступ к данным собственников жилья из ЕГРН, делают это по рациональным причинам, однако они могут получить сведения о тех, кто не хотел бы раскрывать свое владение какой-либо недвижимостью, заявил РИА Новости аналитик MForum Analytics Алексей Бойко.
С 1 марта 2023 года в России вступит в силу закон, ограничивающий доступ к информация из ЕГРН для третьих лиц, за исключением супругов, наследников, арендаторов, нотариусов, кадастровых инженеров и представителей госучреждений. У владельца недвижимости будет право оставить свои личные данные доступными для третьих лиц, но для этого нужно будет подать заявление в Росреестр.
Ранее в четверг газета РБК со ссылкой на копию письма гендиректора «Цифровой экономики» Сергея Плуготаренко писала, что ассоциация попросила Минцифры разрешить специальным аккредитованным организациям получать данные о собственниках недвижимости после того, как доступ к ним будет ограничен. Плуготаренко также предложил перенести вступление в силу положений об ограничении доступа с 1 марта 2023 года на 1 января 2024 года. В письме отмечается, что ограничения затруднят проверку правообладателей объектов, а сроки заключения сделок сильно увеличатся.
В пресс-службе «Яндекса» подтвердили РИА Новости участие в обсуждении на площадке АНО «Цифровая экономика». Сервисы компании используют данные из ЕГРН для повышения безопасности участников сделок с недвижимостью, благодаря чему компания быстро и бесплатно проверяет юридическую чистоту объектов недвижимости для пользователей. «Мы рассчитываем, что мнение отрасли будет учтено», — добавили в компании.
«На мой взгляд, доступ к данным о собственниках, если он предоставляется без их прямого согласия, — это существенное нарушение приватности», — сказал Бойко.
Эксперт пояснил, что компаниям необходим доступ к информации из ЕГРН прежде всего для контроля возможности и законности купли и продажи, а также для пресечения возможных мошенничеств. «Дело как бы благое, но заодно они получат доступ к данным тех, кто ничего не продает и не хотел бы публичить свою принадлежность к той или иной собственности», — отметил Бойко.
